Тут в дверь корчмы постучали.

— Кто?! — грубо гаркнул корчмарь, распахивая дверь. За дверью никого не оказалось.

Это продолжалось двенадцать раз, на тринадцатый корчмарь схватил свой топор… и наткнулся на холодные глаза ведьмы.

Взгляд леденил душу, и так сбежавшую к самому дьяволу…

— Простите, вы что-то сказали? — вежливо поинтересовалась ведьма. Голос был подозрительно знакомым, хотя после полудня (вернее, после принятых на грудь шести кружек) он положительно ничего не помнил.

— Простите, а вы кто? — он сам не узнал собственного голоса — помертвевшего, юлившего, как перед сборщиком налогов…

— Дорогая, пойдем, на шабаш опоздаем! Ты еще долго?

— Да подожди уж, Кощеюшка, я вот только с этим милым человеком поговорю…

У "этого милого человека" было такое чувство, что его видят насквозь.

— Да вот, я принесла вам подарок…

Начало корчмарю понравилось.

— Вот, смотрите.

— Но здесь же ничего нет!

— А вы смотрите повнимательнее, — ухмыльнулась ведьма, подмигнула и растворилась в воздухе. А корчмарь наконец-то узнал ее.

Это была та самая девушка, что ни с того ни с сего объявилась после обеда в корчме и потребовала чашку кофе.

…С этого дня все у Андрея Мироновича пошло наперекосяк. И выпивка пропадает, и замки не отпираются, и ключи теряются, и куры дохнут, как от мора, а с деньгами и вовсе неполадок…

Он не знал, что невидимым подарком был шурх — мелкий демон с мерзопакостным характером…