– А я еще слишком молод, чтобы умирать, – пробормотал Кащей.

Стрелок услышал, резко обернулся и выстрелил на звук шепота. Звякнула тетива.

Кащей перехватил стрелу рукой в сантиметре от собственной груди.

«Неплохо, совсем неплохо, – мысленно похвалил он, аккуратно вонзив стрелу в ветку. – Еще один повод помолчать».

– Вы слышали шепот? – спросил стрелок приятелей.

– Слышали!

Времени на мирные прятки не осталось. Да не очень-то и надо.

Кащей ухватился одной рукой за ветку над головой и с силой ударил шпагоплетью по другой под ногами, срезая одним ударом. Тяжелая ветка, больше похожая на ствол восьмидесятилетнего дерева, камнем рухнула вниз. Стрелок не успел ни отскочить, ни уклониться, как она, шелестя листвой, крепко приложилась к его лбу, оглушив, и не менее крепко придавила к земле.

Стоявшие слева и справа от дерева разбойники повернулись на шум, увидели висящего над ними Кащея и молниеносно нацелили на него арбалеты. В то же мгновение он разжал пальцы, отпуская ветку, и полетел к земле. Опоздай Кащей хоть на миг, и вонзившиеся в дерево стрелы намертво пригвоздили бы его к стволу.

Стрелки сменили прицел, заново взяв Кащея на мушку и, как только он приземлился, одновременно выстрелили. Кащей же, едва коснувшись земли, резко присел, и выпущенные из арбалетов стрелы пролетели над его головой. Не успели разбойники сообразить, что к чему, как их стрелы пронзили маскировочные костюмы, и острые наконечники пробили тела насквозь. Синхронно издав предсмертный изумленный вскрик, разбойники повалились на траву.

Кащей подпрыгнул, хлестнул шпагоплетью по ветке над головой и снова взлетел на верхние этажи леса: укорачивающаяся шпагоплеть хорошо поднимала тяжелый груз.