— Меня всегда интересовало перемещение душ.

— Никогда этим не занимался, — ответил Натаниель. — Но вот что странно: когда люди рассказывают о своих связях с потусторонним миром или о том, что они уже жили прежде в том или ином обличье, речь всегда заходит о каких-то знаменитостях. Скажи они, что это обыкновенный, скромный, безвестный средневековый бюргер, и я бы, может быть, расположился к ним. Так нет же — им подавай королей! На меньшее они не согласны!

Тува ухмыльнулась.

— Ну и чего ж ты тогда согласился? Натаниель смутился.

— Положим, у меня свои тайные соображения. В этом городке учится Эллен.

— Эллен? — Тува насторожилась. — Ах, ну да, та самая унылая особа из Вальдреса.

Натаниелю следовало бы ответить, что Эллен совсем не унылая, но ему не хотелось затевать дискуссию. Он уже успел достаточно изучить Туву. Он знал, что она ненавидит всех красивых и удачливых девушек и воспринимает Эллен как соперницу, хотя самой ей Натаниель нисколько не нравился, вернее, в определенном плане он ее нисколько не интересовал.

— А мне ты не поможешь выяснить, жила я ли прежде? — спросила Тува.

— Вот уж чего не намерен делать, — ответил он резко, даже резче, чем следовало, так как ему хотелось беспрепятственно помечтать об Эллен.

Он не знал, где именно она живет, знал только, что она уехала в городок на западном побережье, чтобы продолжить свое образование — она изучала вопросы социального обеспечения. Ему нельзя было навещать ее, нельзя было! Но может быть, им все же удастся встретиться? Случайно?

Исколесив вдоль и поперек открытый всем ветрам городок, Натаниель с грустью отказался от дальнейших поисков. Пора была ехать к автопарому, который повезет их дальше, через морской пролив, туда, где живет пациентка с видениями. Тува в присущей ей язвительной манере уже неоднократно указывала ему, в какой стороне находится паром, но он прикидывался, что не слышит.