Её подхватил на руки Анри. Отец спасённого пытался разбудить сына. Тот пока был без сознания. Мира бормотала, что сон лучшее лекарство, и его лучше оставить в покое. На предложение поспать самой — отвечала отказом. Она не устала. Нет. У неё было какое-то иное чувство… Как будто чего-то не хватало… Самой малости… И из-за этого было только хуже. — Успокойся, у меня ничего не болит, — пыталась успокоить он друга, и разобраться в собственных ощущениях. Аслан всё ещё обеспокоено смотрел на неё. Мира через силу расплылась в улыбке.

— Мила с тобой поговорить хотела, но это потом…

— Ну, почему же потом. Можно и сейчас… — Мира встала. Какое-то чувство внутренней опустошённости. Она направилась к палатке Милы.

Мила встретила подругу со смущённой улыбкой. Она была бледна. Мира отметила про себя странный цвет кожи. Она отдавала желтизной. Глаза блестели. На лицо были все признаки болезни желтухой. Но это был бы неверный диагноз…

— Как ты, малыш? — чмокнула Мира подругу. — Что болит? — и чисто профессиональный, и заботливый дружеский интерес.

— Голова немного побаливает, а так ничего. Я уже привыкла к этому состоянию… Мира, там в замке принцесса. Она в опасности! — глаза Милы стали большими, она даже привстала.

— Не волнуйся. Её, как и тебя, забрали сюда. Она была отравлена, но опасность уже миновала. Так что будь спокойна, — внезапно Мира щёлкнула пальцами, поводила рукой в разные стороны, словно маятник, потрогала голову, помяла живот, и даже заглянула в глаза. Затем удовлетворённо кивнула головой.

"Плохо. Реакция практически отсутствует. Хорошенько же ты постаралась, стерва… Ничего, наши так просто не сдаются!".

— Нормально. Идёшь на поправку. Так. Скоро занесу тебе напиток. Выпьешь, и хорошенько выспись. Завтра у тебя такой возможности не будет, будем вводить тебя в нормальный режим. Всё, малыш, отдыхай… — она встала и, уже откинув полог, прошептала. — Господи, как же мы за тобой соскучились… Все вопросы завтра. Аслан, она должна выспаться. Это я тебе, как Лессовица заявляю, — она улыбнулась и вышла.