– Сегодняшнюю ночь мы проведем в Карли, – объявил Хоукмун. – А с утра пораньше отправимся на Серебряный мост.

По поручению графа Брасса в Карли для них сняли комнаты на одном из немногих постоялых дворов, переживших нашествие войск Империи Мрака. Это оказалась небольшая, но уютная гостиница поблизости от летного поля. Иссельда вспомнила, что останавливалась здесь давным-давно, когда еще совсем ребенком путешествовала вместе с отцом. Она оживилась, но вскоре воспоминания детства привели ее к мыслям о Ярмиле. Иссельда помрачнела. Хоукмун заметил, как изменилось настроение жены, и ободряюще обнял ее за плечи, когда после сытного ужина они поднимались по лестнице в отведенные им комнаты. Несмотря на то что супруги утомились после долгого дня путешествия, они еще долго беседовали, пока не исчерпали все темы разговоров, после чего сразу заснули.

Но привычные видения тут же наводнили сон Хоукмуна. Лица и изображения боролись друг с другом за его внимание. Умоляющие глаза и руки, заломленные в безмолвном призыве. Казалось, весь мир, вся Вселенная кричала ему в лицо, стараясь быть замеченной или пытаясь добиться помощи.

И вот он уже стал Корумом, вадхагом, чуждым этому миру, который скакал навстречу смрадным фои мьори, ледяному народу, вышедшему из преисподней…

А теперь он стал Элриком, последним принцем Мелнибонэ. В правой руке он держал клинок, в то время как левая покоилась на передней луке искусно сделанного седла из шкуры гигантской ящерицы, слюна которой способна воспламенять все, на что она попадает.

А потом он стал Эрекозе, бедным Эрекозе, который вел армию элдренов к победе над людьми, своими собратьями… И Урликом Скарсолом, владыкой Южного льда, участь которого – вечно носить Черный Меч – вызвала сострадание…