– Однако мы обязаны об этом думать, граф Брасс, – возразил Хоукмун с уверенностью человека, которому не раз приходилось одерживать победу над собственным разумом. – Именно поэтому мы должны сделать все возможное, чтобы отыскать их. И поэтому сегодня же мы отправимся в Лондру, в надежде, что королева Флана и ее ученые сумеют нам помочь.

Граф Брасс пригладил свои густые рыжие усы. При упоминании о Лондре на лице его возникло какое-то странное выражение. Он откашлялся.

И Иссельда с лукавой улыбкой обратилась к отцу:

– Может быть, ты хочешь, чтобы мы что-то передали от тебя королеве Флане?

Граф пожал плечами.

– Ну, все обычные добрые пожелания, разумеется. Я даже хотел бы ей написать. Может быть, еще успею передать вам письмо.

– Она была бы счастлива увидеть тебя лично, – и Иссельда бросила многозначительный взгляд на Хоукмуна, который стоял, потирая затылок. – Она пишет, как была рада твоему последнему визиту, отец. Ей очень пригодились твои мудрые советы и здравый смысл, с которым ты наставлял ее в вопросах управления государством. Она даже намекает, что была бы рада предложить тебе должность при дворе.

Суровое лицо графа залилось краской.

– Да, об этом и впрямь шла речь. Но я не собираюсь больше ехать в Лондру.

– Конечно, тебе незачем становиться ее советником, – подтвердила Иссельда. – Однако твоя поддержка… В прежние времена королева увлекалась мужчинами, но смерть д'Аверка нанесла ей такой удар… Она навсегда отказалась от мысли о браке. До меня дошли слухи, что она много размышляла над тем, что ей необходим наследник, но лишь один-единственный мужчина на свете, по ее словам, может сравниться с Гьюламом д'Аверком. И этот мужчина… О, я выражаюсь так неловко.