«Ты бумага, а я сильнее,» мысленно сказала она камню.

Прошло несколько минут, руки плели узор, Даника покачивалась на ногах, сохраняя совершенный баланс, и затем она запела, мелодично и ритмично, в поисках совершенной гармонии тела и духа.

Это пришло так неожиданно, что она едва успела вздохнуть. Даника ринулась вперед на два шага. Каждый мускул в ее маленьком, хорошо сложенном теле казалось устремился вперед и вниз, кидая ее головой в камень.

На протяжении долгого мгновения Даника ничего не видела и ничего не слышала. Затем была чернота изгнанного медитацией зала, постепенно проступающего вновь в образах, которые юная монашка узнавала.

Она огляделась, удивленная видом лежащего на полу блока, расколотого на две почти равные половины.

Рука обняла ее; она знала что это был Кеддерли.

– Ты теперь последователь высшего ранга Мастера Пенпайга Д'Ахна! – Кеддерли прошептал в ее ухо, и она его услышала, даже сквозь восторженный рев толпы, взорвавшейся криками одобрения.

Даника обернулась и крепко обняла Кеддерли, но не могла не обернуться через его плечо, чтобы взглянуть на Эльберета. Суровый принц эльфов не кричал, но хлопал в свои тонкие ладони и смотрел на Данику своими сияющими глазами с искренним одобрением.

Наставница Пертелоп из своей комнаты над большим залом услышала восторженные крики и поняла, что Даника сумела расколоть камень. Пертелоп не удивилась; она видела это событие во сне, который – она знала – был вещим. Она была рада новому успеху Даники и ее растущей силе, и еще больше – что Даника останется с Кеддерли в грядущие дни.

Пертелоп беспокоилась за юного клерика, ведь лишь она одна среди священников Библиотеки понимала, какие испытания ждут Кеддерли вскоре.

Пертелоп знала: он был избран.

– Но достаточно ли этого? – прошептала наставница, обнимая Том Вселенской Гармонии, священную книгу Денейра. – Уцелеешь ли ты, дорогой Кеддерли, как я уцелела, или зов Денейра опустошит тебя и выбросит как отслужившую вещь?