Его пол и стены были окрашены кроваво-фиолетовыми лучами единственной полусферы, расположенной далеко вверху в сужающемся своде. Единственным предметом в помещении был странного вида треножник из верного металла, укрепленный на полу в центре комнаты. На треножнике покоилась овальная глыба хрусталя, а из нее, как из замерзшего водоема, поднимался замерзший цветок, открывая гладкие лепестки из слоновой кости, слегка окрашенные в розовый цвет странным освещением комнаты. Глыба, цветок, треножник – все это, казалось, было частями одной скульптуры.

Переступив порог, земляне тотчас же заметили, что пульсирующее громыхание и вибрирующее лязганье сменились глубокой тишиной, словно вошли в святилище, в которое не проникал ни один звук благодаря какому-то таинственному барьеру. Портал позади них оставался открытым. Их проводник, по всей видимости, удалился. Но почему-то земляне чувствовали, что они не одни – им казалось, что из-за голых стен их рассматривали спрятавшиеся глаза.

Обеспокоенные и озадаченные, они разглядывали бледный цветок, обратив внимание на семь похожих на язычки лепестков, слегка выгибающихся наружу, отходящих от дырчатой, похожей на маленькую курильницу, сердцевины. Чанлер засомневался, была ли это действительно резная работа или же настоящий цветок был превращен в камень с помощью марсианской химии. Затем, к изумлению землян, из цветка послышался голос: голос невероятно мелодичный, чистый и звучный, чьи модуляции и звуки, чрезвычайно отчетливо прозвучавшие, явно не принадлежали ни Айхаи, ни землянину.

– Я, который говорит, являюсь существом, известным как Валтум, – произнес голос. – Не удивляйтесь и не пугайтесь: единственное мое желание – отнестись к вам дружески и помочь в обмен на услугу, которую, я надеюсь, вы не сочтете неприемлемой. Прежде всего, однако, я должен прояснить некоторые вопросы, озадачивающие вас. Без сомнения, вы слышали известные легенды в отношении меня и отвергли их как обычные предрассудки и суеверия.