Я начала остывать. Запал прошел, я выдохлась.

— Ты даже не представляешь, на что я способен… — тихо ответил он.

Вот она, безнадега. Я молча подошла к окну. Дверь позади захлопнулась.

Остаток дня я спала и ела фрукты. Хорошо хоть, что кормит. Яблоки, груши… сырая картошка. Похоже, только из земли. Издевается, гад. Держит меня на диете. Я, конечно, не гремлю костями, формы у меня хорошие, но ведь и жир по бокам не висит. Может, Марк поставляет проституток кому-нибудь. Глухая провинция, суеверные люди, никто никого не ищет… Нет вряд ли. Он и его шакалы говорили, что давно не видели женщин. Может он продает людей на органы? Нет, тоже вряд ли… это огромные деньги, а в его развалинах даже света нет. Остается несколько вариантов. Людоедство, первое, что пришло на ум. Но тогда наоборот меня следует откармливать, а не кормить сырой картошкой. Прихоть маньяка — извращенца? Он, конечно, красавчик, но это не значит, что я мечтаю быть предметом чьих-то грязных утех. Лучше сразу смерть… Нет, это тоже не факт, он даже ни разу не пристал ко мне. Я окончательно запуталась… Кто этот человек, и чего от меня хочет? Почему он не отвечает на мои вопросы? Что это за место вообще? Похоже, это и есть Северный район. Рискну предположить, что шухер тут наводит именно эта банда. Саша ошибся насчет вампиров. Если выберусь отсюда, скажу ему, чтоб завязывал читать фэнтези. Только вот как выбраться… Я категорически отказываюсь участвовать во всем этом бреде. Я нервно закружила по комнате. Так Алиса, спокойно. Возможно, это лишь глупый розыгрыш. Может, кто-то заказал меня разыграть. Ну если это так, убью сволочь беспощадно. А кто-то может сидеть и умирать сейчас со смеху, глядя, как я верю во все это. Я подам в суд, я отсужу такую компенсацию, что смогу купить себе еще одну квартиру, теперь уже в Москве.

Я принялась усердно шарить по углам в поисках скрытых камер. Осторожно ползая по ним, я наткнулась на мышиные какашки, засохшие яблочные огрызки и паутину. Чего, чего, а паутины а этой дыре было в излишке. И в каждой сидел тостый волосатый паучище, при виде которого, я с писком шарахалась.