Поставленная шейхом Магометычем задача решалась лишь методами субъектного динамического моделирования. Господин Берг владел этим оружием, выкованным в подвалах «Мумбайсофта» — а мастерство, как говорится, не пропьешь, — так что из столкновений со всякими головоломками нередко выходил победителем. Поэтому он и сейчас смело кинулся на амбразуру, хотя далеко еще не понял, с чем, собственно, воюет. Как ему вскоре показалось, фирма балуется с не очень легальными биотехнологическими делами. Ну, а ему, собственно, какое что.

Когда господин Берг начал заниматься моделью, через СМИ пошли сообщения о террористических атаках в ОПГГ и ингерманландской зоне. Почти год пресса, управляемая Пятью Братьями, валила всё на русских националистов, руссистов, запушкинцев. Особенно много визгу было в СМИ соседних стран — ясновельможной Польши, Финляндии и прибалтийских карликов — те живописали происки Москвы, которая «как известно, стала в последние годы гораздо агрессивнее, восстановив свой военный и диверсионно-разведывательный потенциал после неудач двенадцатилетней давности». Международная общественно откликалась и спешила на помощь «молодым демократиям». Натовские пискиперы посылали свои дроны, чтобы убивать «террористов» по ту сторону российской границы, русские поднимали в воздух стаи антидронов, снабженные общим, конечно, же «тоталитарным» искусственным интеллектом. Наконец тульские умельцы выковали БПЛА «Сирин», способную перепрограммировать натовские машины прямо на лету и уводить их обратно, после чего те обрушивали свои бомбы и ракеты на штаб-квартиры западных банков и корпораций. На этом война дронов закончилась и «свободная пресса» стала реже называть террористов руссистами, иногда уже моджахедами, фидаями и джихадистами, но еще твердила, что они подсылаются Москвой, Пекином или, на худой конец, Тегераном, союзником Москвы и Пекина. Хотя командование джихадистского «Международного объединения джамаатов» все чаще намекало — станет хуже или лучше, зависит именно от него.