О, черт! Стэн начал ощущать себя букашкой, которой она вознамерилась накормить своего любимца. Вороны ведь едят мясо…, он это специально узнавал.

— У вас были веские причины, чтобы… опоздать? — Насмешливо вздернула холеную темную бровь мисс Шайн.

— Да…, авария на пересечении Тридцать второй и Сорок седьмой, достаточно веская причина? — Попытался съязвить фотограф.

— Вы живы. — Со странным намеком произнесла редактор, снова отворачиваясь к окну. — Значит, это не оправдание.

— То, что я жив, причина, по которой я здесь, опоздав лишь на двадцать минут. — В мужчине начинала просыпаться ярость.

Да он, бросил свой автомобиль, наорал на офицера полиции, и бежал, как сумасшедший, не обращая внимания на кровь, которая заливала лоб, лишь бы явиться на работу, а эта стерва упрекает его в то, что Стэн слишком живой?!

Вот… ВЕДЬМА! Чтоб хуже не сказать!

Фотографу захотелось выругаться в голос, но он прикусил себе язык, памятуя о том, что помимо всего плохого, что принесла с собой в журнал мисс Шайн, было и еще одно, весьма веское и хорошее дело с ее стороны — это размеры новых зарплат.

Даже такому профессиональному фотографу, как Стэн, было бы нелегко найти новую работу с таким окладом. Потому он и терпел.

Потому все они и терпели этот террор.

— Дискуссии не будет, Стэн. — Кристина Шайн продолжала смотреть в окно, тихо говоря эти слова. — Вы предупреждены. На данный момент, я сказала все. Можете возвращаться к своим обязанностям. — Девушка протянула руку в сторону насеста и черный ворон, который казался спящим, тут же перепрыгнул на тонкую протянутую ладонь, быстро взбираясь на предплечье, проворно перебирая лапами.

Хозяйка ласково пригладила черные перья на голове птицы, а та — потерла клювом о ее ладонь.

Мужчина еле удержался от того, чтоб не сплюнуть через плечо.