— Возможно все, — возразил Курт угрюмо, скосясь на инструктора исподлобья. — Кроме того, позволю себе напомнить, если уж вы должны — следовательно, можете.
— А ты не умничай, — осадил Хауэр. — Я не смогу ничего, если ты станешь отлынивать и перечить.
— Не стану, — заверил он коротко. — Не приучен.
Прекословить Курт действительно перестал, возмутившись лишь однажды, когда инструктор, принарядив его в кольчугу, увешав оружием и снабдив тяжелой дорожной сумкой, скомандовал свое обычное «бегом». Пытаясь следить за словами и понимая при том, что обороты избирает не самые учтивые, Курт заметил, что отдавать приказы несложно, и сам он постиг сию науку в совершенстве, каковой факт несомненно даст прочувствовать майстеру инструктору, когда им доведется повстречаться в будущем в иных обстоятельствах.
— Не доведется, — безрадостно усмехнулся Хауэр. — Покомандовать мной вам не светит, майстер инквизитор, на оперативную работу меня не выпускают — берегут. Я умею делать хороших бойцов из таких вот олухов, и заменить меня некем… Намекаешь, Гессе, что я требую от тебя невозможного? Знаешь, всем здесь рано или поздно приходила в голову мысль, что Хауэр заплесневел, разгуливая по плацу и покрикивая на других. Ты не первый… Жди. Переведи дух — сейчас не помешает.
Инструктор возвратился спустя четверть часа — так же облаченным в тяжелую кольчугу, так же вооруженным до зубов, с такой же до отказа набитой сумой.
— Подержи, — сбросив мешок на руки Курту, предложил тот, ухмыльнувшись, когда он присел, едва не выронив. — Дабы ты не думал, будто я насовал туда перьев… А теперь — вперед. И учти: за каждый шаг, на который ты отстанешь, бежишь лишний круг.