Несмотря на крайнюю озабоченность. Сан Саныч, делая все для спасения жизни больного, краем глаза заметил застеклянной стенкой движение в соседнем боксе, словно там кто-то находился. Этого просто не могло быть, так как весь персонал отделения был возле него. Он гордился тем, что за время его руководства отделением, пусть и непродолжительного, ни один больной здесь не умер. Благодаря его усилиям удалось вывести и этого, казалось, безнадежного больного из комы, и, хотя он впал в сопор, состояние его было стабильным и все указывало на возможность выздоровления. Если бы не подвела техника…

Внезапно приборы в боксе ожили, замигали лампочки, и к больному, выведенному из состояния клинической смерти, вновь подключили аппарат искусственного дыхания, а еще через полчаса Сан Саныч снял перчатки, маску и вытер пот со лба — состояние больного стабилизировалось, хотя он все еще не пришел в сознание.

Вспомнив о мелькнувшей в соседнем боксе тени, Саи Саныч зашел туда. На экране кардиоскопа тянулась бесконечная прямая линия, свидетельствующая об остановке сердца, и непрерывно звучал зуммер. Сан Саныч отключил прибор.

Старуха лежала вытянувшись, с неплотно закрытыми глазами, ее челюсть отвисла, открыв редкие желтые зубы, что напоминало хищный оскал.

Он проверил пульс — его не было. Приподняв пальцами веко, посветил тонким лучом фонарика в зрачок — реакция отсутствовала. По всему было видно, что старуха упокоилась навечно. Сан Саныч накрыл лицо умершей простыней.

— Сан Саныч! — За его спиной возникла Света. — Приехал внук, — она мотнула головой, указывая на прикрытое простыней тело, — умершей. Хочет с вами встретиться.