- Ана-ашка, а-у!

- Я тута! - откликается Анашка.

Потом кто-то зовет Нинку, Василинку, и так все время аукаются, пока не наполнят чашки и кружки. Тогда все собираются на прогалине. Сядут и смотрят, кто сколько собрал и у кого ягоды покраснее.

Один раз никак не могли дозваться Митьки. Все собрались, а его нет и нет.

- Митька-а-а! Иди скорей, пойдем домой! - несколько раз звали дети.

Наконец из кустов показался мальчик, но уж очень грустный. Глянула Василинка в кружку, а она почти пустая.

- Что же это ты, Митька? Где твои ягоды?

- Рассыпал...

Все посмотрели на его заплаканное лицо, и кто-то предложил:

- Давайте отсыпем Митьке по горсти ягод!

Все, кроме белесой, длинноногой Зины, согласились. И вот Митькина кружка полнехонька, с верхом...

То лето выдалось на удивление грибным. Чуть свет вскакивали люди и бежали с лукошками в лес.

Только мама не позволяла себе оторваться от машинки. Шитья было очень много. Она никому не отказывала. Надо ж детей кормить! Вот пойдут на лад дела в городе, добьют белопольских панов да колчаковских генералов - и начнется новая жизнь, о которой столько раз говорил Змитро. Как он там? Что-то давно от него нет весточки. Должно быть, снова поехал далеко на своем паровозе. Тревожно и грустно было на душе.

Отпускать детей одних в лес за грибами без деревенских товарищей мама не отваживалась - боялась, что заблудятся. Это не землянику собирать на краю леса.

А Василинке не сиделось дома.

- Мамочка, - умоляюще просила она, - ну пусти нас с Тоней! Столько грибов люди носят! Пусти! Я уже хорошо знаю все грибные места.

- Не удерживай девочку, - вмешалась бабушка Анета. - Пусть привыкает, не век же ее за руку водить. Походит немного и выбьется на поле, найдет дорогу в деревню.