Она тоже нагнулась вперед, теперь они лежали плечом к плечу. Потом потянула вверх рукав его пальто, уперев руку с широким браслетом на запястье в колено. Время от времени она потирала пальцами вправленный в браслет овальный кристалл.

Завывание ветра не в силах было более заглушать звуков рога и лая собак. Саймон извлек автоматический пистолет. Пальцы незнакомки моментально метнулись от браслета к оружию, словно одним прикосновением она могла определить его природу. А потом она кивнула, завидев появившиеся на дороге из-за деревьев белые точки. Это были собаки, за ними следовало четверо конных.

Они ехали открыто, не таясь, и, значит, не ожидали беды. Быть может, они и не знали, что произошло с двумя их собратьями у оврага, и полагали, что преследуют все ту же беззащитную жертву. Он надеялся, что так оно и есть.

На головах всадников были металлические шлемы с зазубренным гребнем, глаза и скулы защищали забрала сложной формы. Все были облачены то ли в куртки, то ли в рубашки со шнуровкой снизу доверху. Пояса были шириной почти в десять дюймов. На них были навешаны разные боеприпасы, ножи в ножнах, назначение иных кисетов и карманов он не мог определить даже приблизительно. Брюки плотно обтягивали ноги, внешние края сапог были много выше внутренних. Все это явно походило на военную форму. Одежда их была скроена из одного и того же сине-зеленого материала, на правой стороне груди у всех четверых был нашит одинаковый символ.

Гибкие борзые со змеиными головками закрутились на дороге, кинулись к подножию скалы и, вставая на задние лапы, стали бросаться вверх на камни. Помня про бесшумную стрелу, Саймон выстрелил первым.

Со звуком, похожим на кашель, предводитель охотников откинулся на спину и полетел из седла навзничь. Сапог его застрял в стремени, и перепуганная лошадь повлекла недвижное тело назад по дороге. После второго выстрела Саймона раздался крик. Схватившийся за руку человек метнулся с коня… А первая лошадь тем временем уносила мертвого все дальше и дальше.