— Извините, вам нехорошо? — спросил заботливый голос.

Ну вот, так и думала. Эта журналистка — тут как тут. И чего ей от меня надо?

— Нет, я в полном порядке. Просто скучновато стало.

— Вот как! — засмеялась она.

А она симпатичная, когда не перепугана и не перемазана кровью. Улыбка славная, смех приятный. Милая девушка. Было бы жаль, если бы та тварь её убила.

— А вы знаете, у меня такое ощущение, будто я вас видела раньше, — заявила она.

Гм. Не должно бы так быть. Но кто его знает? Может, какие-то проблески памяти…

— Меня зовут Вика. Виктория Безенчук. Я пишу статью об «Авроре».

Я решила задать вопрос:

— А в каком издании вы работаете?

Она назвала. Хм… Не могу по памяти перечислить все газеты, кормящиеся с руки «Авроры», но вполне вероятно, что эта входит в их число.

— А вы?

Это она меня спросила? Да, меня…

— Аврора.

Её красивые глаза округлились так, что ещё чуть-чуть — и они вывалятся из орбит.

— То есть, вы…

— Ну да. Она самая. — Я растерянно улыбнулась.

— …

Ф-фу… Я еле унесла ноги. В первый раз легендарная Аврора, в жизни ни от кого не бегавшая, спасалась бегством так позорно! И от кого — от девицы с диктофоном! Впрочем, я сбежала от всех: от Юли, Оскара, всей этой толпы. Моё любимое место — фьорд Эйне — принял меня по-дружески, молча, без вопросов и ненужной болтовни. Здесь я могла быть собой. Я сидела рядом с кошкой и смотрела в море, слушала прибой, но сегодня что-то беспокоило меня в его шёпоте. Он устало вздыхал — обо мне, о том, что было и что ещё будет, и моё сердце тоскливо сжималось.

1.7. Переговоры

Если бы кто-то лет этак пять назад сказал, что мне суждено стать Великим Магистром Ордена Железного Когтя, я бы рассмеялась этому шутнику в лицо. Ещё бы! Я, когда-то изгнанная с позором из его рядов, теперь должна была стать в его главе? Пусть даже Ордена, находящегося в подчинении у «Авроры» и принявшего большинство положений её Устава, но всё-таки не упразднённого. Да ни за что не поверю!