— Приветствуем вас, Оскар Октавия и Аврора Магнус, — произнёс Ганимед с низким наклоном головы, украшенной волнистой тёмной шевелюрой с проседью.

Канут свою коротко стриженую рыжеватую голову наклонил совсем чуть-чуть.

Ганимед усадил нас в тяжёлые кресла с резьбой на высоких спинках, и по его едва приметному знаку дворецкий принёс пакеты с кровью.

— Итак… Аврора, означает ли твой приход, что ты принимаешь наше прошение? — осведомился он, гостеприимно пододвигая мне поднос с пакетами.

Я бросила взгляд на Оскара. Чего я от него жду? Подтверждения? Но ведь я сама приняла решение? Да. Сама.

— Именно так, — сказала я.

— Мы рады это слышать, Аврора! — обрадованно воскликнул Ганимед, но меня его «радость» не обманула.

«Я вижу вас насквозь, лицемерные стариканы», — подумала я.

Оба старших магистра слегка вздрогнули, а я ухмыльнулась. Оскар, аккуратно прикрыв ладонью губы, стёр невольную усмешку.

— Кхм-гм, — проговорил наконец Ганимед. — Ну что ж, Аврора, если ты готова воспринять на себя бремя этой ответственности, мы будем только счастливы, ибо нам нужен глава Ордена, без коего мы пребываем уже непозволительно долго. В таком случае не будем тянуть, назначим дату обряда.

Я вздохнула: опять эти обряды, театр. Поймав на себе холодный взгляд Канута, я услышала в своей голове: «Дерзкая девчонка». Я не полезла за словом в карман. «Мужик», — ответила я ему. Хотелось ещё показать язык, но я сдержалась: как-никак, я уже бабушка. Да и для будущего Великого Магистра несолидно.

— Итак, я полагаю, через неделю… Да, ровно через семь дней.

— Вполне приемлемо, — сказал Оскар, взглянув на меня.

Я пожала плечами.

— По мне так чем скорее мы с этим развяжемся, тем лучше. Через неделю так через неделю.

1.8. Родиться заново