«Этот талисман принадлежал человеку, стоявшему выше королей, Ногуста. Великому человеку, нашему предку. Поступай благородно, пока носишь его, Ногуста, и тогда тебе будет дарован Третий Глаз».

«Вот откуда ты узнал, что на северное пастбище нагрянули разбойники?»

«Да».

«Почему же ты тогда не оставил талисман у себя?»

«Он выбрал тебя, Ногуста, — ты сам это видел. Он всегда выбирает. Уже много веков. Если Истоку будет угодно, когда-нибудь он выберет одного из твоих сыновей». Но Исток распорядился иначе. Держа талисман в руке, Ногуста устремил взгляд в огонь, но так ничего и не увидел. Он достал из сумки вяленую говядину. Поел. Подбросил дров в огонь. Вытряхнул тонкие пыльные одеяла, лежащие на топчане. В отдалении от огня его опять затрясло, и он посмеялся над собой: «Стареешь, приятель. Раньше ты так не мерз.» Вернувшись к очагу, он снова надел рубашку. В памяти возникло лицо с резкими чертами, всегда готовое на дружескую улыбку. Разведчик Орендо. Они прослужили вместе двадцать лет — сперва при старом короле, потом при его воинственном сыне. Ногуста всегда относился к Орендо с симпатией. Ветеран, одно слово. Если отдать такому приказ, выполнит со всей скрупулезностью. И сердце у него доброе. Как-то Орендо нашел в снегу полузамерзшего ребенка, принес его в лагерь и всю ночь возился с ним. Растирал, заворачивал в теплые одеяла — и отогрел.

Ногуста вздохнул. Теперь этот самый Орендо пустился в бега вместе с двумя другими солдатами, убив перед тем купца и изнасиловав его дочь. Девушку тоже намеревались убить, но удар ножом пришелся мимо сердца. Она выжила и назвала имена преступников.