На ступеньках у входа в Управление, укрывшись в тени нависающего над дверью козырька, попыхивали самокрутками трое парней с мечами за спинами. Проходя мимо, я сдержанно кивнул. Двое, метнув в мою сторону притворно-безразличные пустые взгляды, отвернулись, так и не ответив на приветствие. Но я не удивился и уж тем более не обиделся. Приветственный жест все равно предназначался не им, а тому широкоплечему здоровяку, который тяжело поднялся мне навстречу, протягивая ладонь для рукопожатия.

— Здорово, Леха.

— И тебе того же, — отозвался я, не выпуская его руки и выворачивая ладонь так, чтобы видеть пересекающие загорелое предплечье неровные ниточки старых шрамов. Я знал, что эти белесые полосы, скрывшись под небрежно закатанным рукавом рубашки, тянутся дальше, на плечо, и оттуда на спину, переползая кое-где даже на живот. Знал и то, как это произошло.

— Как здоровьишко? На луну еще выть не тянет?

Здоровяк недовольно скривился, как всегда, когда кто-то напоминал ему об этом случае. Впрочем, напоминали ему нечасто. Не каждому это было позволено. Человек посторонний, бросив подобную шуточку, рисковал нарваться на оплеуху. А они у Митяя Водовозова о-го-го.

— Когда потянет, ты станешь первым, кто об этом узнает, — хмуро пообещал он. И сразу же, переводя тему, в лоб спросил: — Ты зачем здесь? У тебя же сегодня вроде бы выходной.

Я коротко пожал плечами.

— Вызывали.

— Угу… Понятненько…— Митька немного помялся, шмыгнул носом, после чего явно неохотно добавил: — Шеф сегодня не в настроении.