Секретарша Галочка подбежала к своей самой лучшей подруге, обняла её обеими руками за талию и замерла. Марина Игоревна погладила её рукой по плечам, чмокнула в макушку и, прижав её аккуратную головку к своему телу сильными руками, громко вздохнула. Постояв так минуту, она сказала:

- Галчонок, в Боровом со мной не может ничего случиться. Вот там я настоящая хозяйка. Там меня никто не боится, зато все любят и уважают, хотя в Боровом и осталось всего девять семей.

- Маришка, откуда у тебя все эти предчувствия? - Шмыгнув носом спросила Галочка - Ты же иногда бываешь просто ясновидящей. Послушай, а может быть, что ты действительно ясновидящая? Ты же на моей только памяти, а я знаю тебя уже почти десять лет, раз семь точно знала, что произойдёт и мы всегда успевали подготовиться то к наездам, то к каким-нибудь другим неприятностям. Нет, ты, наверное, точно колдунья, Маринка.

Марина Игоревна звонко рассмеялась и воскликнула:

- Ну, вот ещё! Скажешь, как в ванне пукнешь, Галька. Ладно, хватит глупости болтать, помоги мне лучше собраться. Гектора я сейчас забирать не стану, заеду за ним после фитнес-клуба. Я бы и тебя взяла с собой, но ты же снова начнёшь их строить. Извини, дорогуша, но они мои институтские подруги и я их люблю.

Секретарша нахмурилась и тут же проворчала:

- Клуши они и глупые гусыни, Мариночка. Ну, я ещё понимаю Лильку, ту этот её падишах усушенный живьём проглотит, если она только подумает о том, чтобы пойти работать, но остальные-то что дома сиднем сидят? Почему это мы с тобой вкалываем, как лошади, а они выскочили замуж и сидят у мужей на шее? У меня Генка тоже бизнесмен, можно сказать, хотя и от медицины, но пусть он только попробует не пустить меня на работу. Я даже детей родила без отрыва от производства, потому что ты без меня, как без рук. Из роддома клиентов материла, мне Мишку кормить принесли, а я одной рукой его держу, а второй телефонную трубку к уху прижимаю и рычу в неё, как овчарка. Смех, да, и только - мадонна с мобильником.