– Его мать – Владычица Авалона, могущественная Верховная жрица Древнего народа… да и сам он – королевский сын…
– Сын Бана Бенвикского! У Бана с полдюжины законных сыновей наберется, – возразил отец. – Да и к чему выходить замуж за королевского конюшего? Если все пойдет так, как я замыслил, ты станешь женой самого короля Британии!
Гвенвифар в страхе отпрянула:
– Я боюсь быть Верховной королевой!
– Да ты всего на свете боишься, – грубо оборвал ее Леодегранс. – Вот поэтому тебе нужен заботливый муж, а король, он получше королевского конюшего будет! – И, видя, что у дочери задрожали губы, тут же подобрел:
– Ну, полно, полно, девочка моя, не плачь. Доверься мне, я-то лучше знаю, что тебе во благо. Вот для того я у тебя и есть: чтобы присмотреть за тобою и выдать тебя за надежного человека, способного порадеть как должно о моей прелестной маленькой дурочке!
Если бы король обрушился на нее с бранью и попреками, Гвенвифар, возможно, и продолжала бы настаивать на своем. «Но как, – обреченно думала она, – как сердиться на лучшего из отцов, который лишь о моем счастье и печется ?»
Глава 3
Однажды ранней весной, на следующий год после Артуровой коронации, госпожа Игрейна сидела в своей келье, склонившись над подборкой вышитых алтарных покровов.
Всю свою жизнь она любила изящное рукоделие, но и в девичестве, и позже, замужем за Горлойсом, она, подобно всем женщинам, не покладая рук, ткала, и пряла, и обшивала весь дом. Как королева Утера, окруженная толпами слуг, она могла себе позволить тратить время на изящную вышивку и ткать кайму и ленты из шелка; а здесь, в обители, она нашла своему искусству достойное применение. «В противном случае, – думала она не без грусти, – мне пришлось бы разделить удел столь многих монахинь: ткать лишь темное и грубое шерстяное полотно на платье» – такую одежду здесь носили все, включая саму Игрейну, – или тонкий, но скучный своей однообразностью белый лен на покрывала, камилавки и алтарные покровы «. Лишь двое-трое из сестер умели работать с шелком и владели искусством вышивания; Игрейна же затмевала их всех.