— Прежде, чем рассуждать подобным образом, тебе следует узнать о нашей Богине, — сказала старшая горгона.

— Для этого я сюда и явилась.

— Тайны Богини будут тебе открыты. Но сначала тебе следует поклониться ее алтарю и оставить там свое оружие.

— Военный Вождь не расстается с оружием.

— На время! Неужели мирская власть тебе гак дорога, что ты не в силах понять, что с мечом в святилище не входят?

В наше святилище входят только с мечом… Но это другое святилище. Скрепя сердце, я кивнула в ответ.

Горгоны повернулись и заскользили между колонн, бесшумно двигаясь по темным плитам.

По мере того, как мы продвигались вглубь, мне начали слышаться глухие удары. Кто-то невидимый бил в барабан. И ритм ударов казался очень странным. Несколько позже я поняла, что он воспроизводит звук человеческого сердца.

Стало чуть светлее, и я заметила, что это тлеют угли в широких глиняных чашах. Дым, поднимавшийся от них, был не совсем чистым… Меня учили распознавать курения, хотя я не знахарка и не могла точно назвать входящие в состав травы, но определила, что при усилии воли здесь возможно сохранить ясность мысли.

Потом я увидела Богиню.

Она была древней, пришедшей из тех времен, когда люди едва научились обрабатывать камень, и не отделялась от стены, из которой выступала. Фигура женщины, сочетавшейся со змеем. Древнейшее воплощение Богини, как символа Творения, власти и силы. Но другого символа, столь же почитаемого звезды с восемью лучами, звезды утренней и звезды вечерней, войны и любви, девственности и материнства — я не увидела над ее головой.

Может быть, этот символ не столь древен, как мне представлялось. Но было в этой статуе обнаженной женщины, чье тело оплетал змей, нечто вызывающее почтение — величие… Мощь…

Пока я смотрела на Богиню, зазвучала музыка.