Рейт встряхнул головой, пытаясь отогнать лишние мысли, и направился к кораблю. Ждать в доме становилось небезопасно.

Поднявшись на борт корабля, герцог отдал приказ готовиться к старту и отправился в свою каюту, стараясь подавить в себе неприятное чувство, что он поступает как предатель. Рейту не хотелось бросать существо, подарившее ему жизнь, на произвол судьбы, но в то же время он прекрасно понимал, что не способен ничем ей помочь. Только умереть вместе с ней, а это, несмотря на все представления о чести и долге, вбитые в его сознание с детства, не казалось ему приемлемым выходом из положения. Разумом он понимал, что поступает правильно, однако сердце по-прежнему сжималось от ощущения собственной ничтожности. Рейт раздраженно поморщился про себя. Он прекрасно обошелся бы и без внезапно проснувшейся совести.

Дверь его каюты бесшумно скользнула в сторону, компьютер среагировал на его появление и включил свет в просторном, роскошно обставленном помещении. Рейт непроизвольно вздрогнул и схватился за фамильный меч, висевший у него на поясе. Посредине его покоев спокойно стояла Эфа и бесстрастно смотрела на него своими желтыми глазами хищника. Герцог шагнул в каюту и прикрыл за собой дверь.

— И как ты здесь оказалась? — стараясь не выдать голосом всю гамму охвативших его чувств, поинтересовался Рейт у странного существа, уже успевшего за их недолгое знакомство изрядно потрепать ему нервы.

— Большинс-ство с-с-сис-с-стем безопас-с-снос-сти меня прос-с-сто не чувс-с-ствуют.

— Ясно. Что ничего не ясно. — Рейт прошел мимо Эфы в глубь каюты и устроился в любимом кресле, привычно доставая из стоящего рядом бара бутылку дорогого вина Оттори. Сделав хороший глоток, герцог тихо произнес: — Хорошо то, что хорошо кончается. Теперь отправляйся в медотсек, — он кивнул в сторону маленькой неприметной дверцы в самом дальнем углу каюты, — и приведи себя в порядок. Незачем ждать естественной регенерации, когда есть биорегенератор.