С этими словами она залезла под одеяло вместе с башмачками, прижала их к груди и крепко заснула. И никакие волки ей не снились. Снились звезды, ловкие руки Ильтара, шьющего эти самые башмачки, и его негромкий голос, рассказывающий всякие занимательные истории. И никакого зла в мире в это время не существовало. Ему просто не было места рядом с этим голосом.

Ее Величество Айлин посмотрела на дочь, крепко спящую в обнимку с башмачками принца Ильтара, нахмурилась, покачала головой и вышла так же незаметно, как вошла.

– Ну? Как она? – встревоженно спросил дожидавшийся снаружи покоев дочери король Эркет.

– Спит, – ответила королева Айлин.

– А что кричала? Приснилось что-то?

– Думаю, да.

– Она тебе не сказала?

– Она уже уснула, когда я вошла.

– Понятно, – вздохнул король Эркет. – Еще бы… такие переживания. С этого Феррена шкуру содрать мало! Ничего, может, еще представится случай…

– Хочешь, чтобы Ильтар все-таки подарил тебе свои пистолеты?

– Демоны меня раздери – нет! – буркнул король. – Понять не могу, почему он так старался защитить этого мерзавца.

– Быть может, ему видней?

– Ильтару? Может, – вздохнул король Эркет. – С каждым разом я все сильней и сильней уважаю его.

– Ты не одинок в своих пристрастиях, дорогой. Мне он тоже нравится. И Лорне, хоть она этого до сих пор не согласна признать.

– Я не я буду, если в конце концов именно он не станет моим зятем! – решительно объявил король Эркет.

– Ш-ш-ш… дорогой! К чему так громко? – улыбнулась королева. – Пусть это останется нашей маленькой тайной… пока. Пойдем к себе. Наша девочка спит, да и нам надо бы хоть немного выспаться.

Королева Айлин не стала рассказывать мужу, что именно увидела в спальне Лорны. Ей предстояло о многом подумать, прежде чем на что-то решиться. Это в государственных делах допустимо порой малость ошибиться. Там, если что, и переделать можно. А человеческие чувства такая тонкая материя, тут если что-то неправильно отрезать, так обратно потом уже не приставишь…