— Запивай… Так что, Игорь? Что твоя психологическая наука скажет?

Ну конечно, кем же и быть Александровичу в рыжих ботинках, как не психологом? Ладно еще, что не психиатра с санитарами позвали… Игнат опустошенно откинулся на стуле, и сам не заметил, как выпил всю воду.

Психолог утвердительно качнул головой:

— Место определить нельзя. Гор или узнаваемого объекта поблизости нет… Давайте сделаем так: наш молодой человек будет записывать сны и приносить нам… скажем, раз в три дня… А если заметит что-то срочное, или такую деталь пейзажа, которую точно опознает — то в тот же день. — Он повернулся к Игнату:

— Диктофон есть?

Игнат помотал головой. Психолог вытащил из кармана брелок:

— Держи. Потом вернешь… Флэшки… Так…

Мятликов куда-то позвонил, и через минуту парень не старше Игната принес целую пачку флэшбрелков — еще в упаковке. Положил на стол и ушел без единого слова.

— Одна кассета на одну ночь. Ни больше, ни меньше, — Игорь Александрович внимательно смотрел на Игната. Тот послушно кивал.

— … Ничего не пропускай. Пожалуйста! Все черточки. Кто как стоит. Куда смотрит. Что в руках. Морщины на лице. Складки на одежде. Все, что запомнишь! Это важно, парень, — психолог положил руку на плечо Игната:

— Ты очень хорошо ее зна…ешь. Твое подсознание сейчас выталкивает наружу все, что помнит. Наша задача эти символы расшифровать. Поэтому, чем больше ты запомнишь из снов, тем лучше. Понятно?

Игнат кивнул. Он-то думал, от него просто отделаются. А тут целая пачка флэшек, диктофон…

— Дежурному будешь отдавать кассеты, я предупрежу — кивнул головой Мятликов. — Заклеивай в конверт и мою фамилию пиши… Теперь извини, мне скоро к начальнику на доклад.

Крылов встал.

— Спасибо… До свидания.

— Так запомни: каждое утро, — настойчиво повторил психолог. — Если снов не будет, обязательно запиши, какой был день перед этим: где ты гулял и что видел. Надо найти, на какой памятный знак это все срабатывает.