– Человек не может быть полностью плохим. И злого основания в человеке всегда меньше. Даже в самом закоренелом негодяе больше благого, - прервал Шурины планы о мести спокойный голос Дариана. - Просто злые поступки всегда на виду, они лучше запоминаются. Если сделать десяток больших добрых дел, а потом совершить одно маленькое зло, то все добрые деяния сразу же будут перечеркнуты и забыты. Имя человека теперь будет привязано к лиху.

Шура вполуха слушал Дариана, продолжая в мыслях смаковать расправу над обидчиками. Он привык уже к издевкам сверстников и насмешкам босоногой малышни. Но его сегодняшнее унижение видела Марта. Она глупо улыбалась, теребя кончик черной косы, когда долговязый Петти по прозванию "Гвоздь" отвесил Шуре затрещину. При этом щербатый рот заводилы местных подростков кривился в безнаказанной ухмылке. А его прихвостни выводили: "Лопух! Лопух!". От этого хотелось зарыться поглубже в землю, где живут одни кроты. Эти слепыши не смогут видеть его позор, как видела Марта.

Обидное прозвище за оттопыренные уши спрятало под собой имя и даже шепелявые малыши, показывая на него пальцами, смеялись и лепетали: "Лопуг, лопуг". А всего-то стоило разбить пару носов, чтобы насмешки прекратились. Но можно было получить по носу собственному.

– Вот пчелы - они все равны. Кроме цариц, конечно. Но удел матки - рожать новых членов семьи. А остальные дружно работают для блага всего роя. И мы тоже можем вкусить этих благ, - соломенные усы Дариана поднимались вверх, добродушная улыбка становилась еще шире. Пасечник большой деревянной ложкой зачерпывал ароматный золотистый мед. - Попробуй, - протягивал он ложку Шуре.

Продолжая в мыслях ловко раскидывать наглых забияк, попутно отвешивая им звонкие тумаки, Шура машинально протягивал руку и брал ложку с медом. Золотистое лакомство немного подслащало горечь обиды, отвлекая от мысленных баталий. Но ненадолго. И яркие картинки, на которых противники стонали на земле, а Марта хлопала в ладоши, приветствуя доблесть Шуры, словно сами собой проявлялись в его голове. Будто неведомый красочник рисовал у него в мыслях.