Вспоминая подробности нашей беседы с владельцем журнала — в присутствии главредши, приглашенного юриста, приглашенного психиатра и самой Майи Робертовны, моего душеприказчика, то есть доверенного лица — я обливаюсь ледяным потом. До сих пор, хотя прошло уже три месяца.
Глава 5. "Земля пускает так же пузыри, как и вода"
Первой мыслью в присутствии орущих людей у меня всплывает: вот так становятся аутистами. Когда мир не разговаривает, не нашептывает, не высказывается, а вопит тебе в уши, не стараясь донести смысл, безнадежно потерянный в децибелах, можно закрыть не уши, а мозг. Не воспринимать это назойливое, горластое, невыносимое нечто — ни одним из пяти порталов, данных природой.
Конечно, я не сворачиваюсь калачиком на неудобном диванчике из тех, что всегда стоят в зале для переговоров, и не засовываю в рот большой палец, мечтая вернуться в материнскую утробу. Но я близка к этому.
На мое счастье, мне удается сказать своему робкому, трусливому «я»: в бой! Сейчас — драка, рефлексии — потом.
Поэтому сестра моя Майка не презирает меня. И даже иногда поднимает брови с тем особенным выражением "Ну ты даешь!", ради которого можно снести еще парочку моральных оплеух от противника.
И все же в тот день я не видела никакой альтернативы аутизму. И закуклилась, спряталась в себя, пока мои бывшие коллеги и мои нынешние защитники драли глотки, доказывая, что человек моего телосложения вполне может/конечно не может раскачать и обрушить на себя полтонны чугуна — или из чего он там отлит, наш Уродец.
Выглядывая время от времени из-под полуопущенных век, как из амбразуры, я отмечала: ага, вот уже владелец журнала сливает верную соратницу, главного редактора. И та, трясясь от возмущения всем своим упитанным телом, отрицает, что в день несчастного случая устроила мне разнос за опоздание, в связи с чем