— А что, разве динозавр очень похож на дракона? — спросил Нортон.

— И да и нет, — с охотой ответил Гавейн. В драконоведении он чувствовал себя как рыба в воде. — Если бы они были схожи по природе, то их бы было одинаково легко убить. Драконы извергают пламя и у них лучше броня, кроме того, некоторые из них неподобающе сообразительны. В то же время древние плотоядные сражаются чем попало: зубами, когтями, применяя всю свою силу, действуя яростно и целеустремленно. Я обучен и привык сражаться с драконами; мне знакомы их слабые места. Дракон, например, всегда старается ожечь тебя пламенем или перегретым паром; ты уклоняешься от струи и, пока он снова набирает воздух, наносишь ответный смертоносный удар. А аллозавр, это чудовище, даже не остановился, чтобы посмотреть на успех своей атаки. Я был готов уклониться в сторону — но этого мало, когда на тебя прет многотонная туша. Я вонзил в шею зверя свой меч, однако монстр, казалось, даже не заметил этого. Это еще одно его отличие от дракона. Раненый дракон завыл бы от боли и ярости — драконы чрезвычайно гордятся своим ревом — и обернулся бы к ране, чтобы схватиться за нее. Я видел дракона, в которого вонзили нож — он повернулся и выгрыз нож из своего тела вместе с несколькими фунтами собственной плоти, а после этого прижег рану. Мой же необычный динозавр просто продолжал наступать. Его система была более примитивной. Вы знаете, как продолжает извиваться отрубленный хвост змеи? Настоящие рептилии умирают медленно, даже когда они разрезаны на кусочки. Так что я и на этот раз не сообразил — и снова поплатился. Тварь опрокинула меня и попыталась отхватить хороший кусок. Я даже не вырывался

— знал, что она только зубы себе сломает.

Это было моей третьей ошибкой. Очевидно, магия в значительной степени включает в себя психологический компонент; люди верят в ее силу, поэтому она сильна. Любой дракон почувствовал бы чары и понял, что мои доспехи неуязвимы; его укус был бы скорее показухой. Однако в пору молодости моего динозавра настоящей магии еще не знали, и эта тварь из доисторических времен ухватила меня по-настоящему!