ДАРМ'РИСС

Пока никто не видит, я скармливал Эмме шоколадное печенье. Любит она сладкое, что ж тут поделаешь? Но, если кто-то увидит меня за проявлением таких телячьих нежностей по отношению к "дочери", моя репутация будет погублена навеки. Наконец отряхнул ладони от крошек, огляделся: нет, никто не бродит по закоулкам башни в такое позднее время. — Спасибо! — чирикнула Эмма, вприпрыжку взбегая по лестнице. Взглянул на часы — без пяти минут полночь. Пора. Я спустился вниз, подумал и скинул плащ — июньские ночи на Соларе теплые, в такие только… Ага. Как иллюстрация к моим мыслям о том, чем нужно заниматься в такие ночи, мимо, покачиваясь, прошло странно двуногое и четырехрукое существо. Габриель, счастливчик, может носить свою эльфийку на руках круглосуточно — весу в ней не больше, чем в паре учебников по крадологии. Звонкое чмоканье возмущало бархатную тишину ночи, но, как мне ни хотелось подпортить им свидание, я не решился. Не потому, что неожиданно проснулся стыд в компании с совестью, просто — чем меньше свидетелей моей ночной прогулки, тем лучше. Как бы там ни было, совсем без лишних глаз обойтись не удалось: буквально в паре шагов от Стоунхеджа меня перехватил Алхаст. Я не встречал старого друга последнюю неделю, и удивился, увидев, как он осунулся. — Что с тобой? — Бессонница. — А по Лаэли незаметно, — я порадовался, что темно. Моя кривая улыбка вряд ли выражала дружеские чувства. — Нет, — светлый приложил руку к голове, помассировал висок. — Заболел, наверное.