Так было и сейчас. Караван перемещался неспешно, и Френсис, находящийся во внутреннем охранении, неторопливо шел за фургоном, на котором сидели двое купцов. Его глаза были устремлены на окружающие дорогу деревья, хотя сам он в это время прислушивался к разговору.

Темой беседы, как обычно, были цены. На сей раз цены на пшеницу перед осенним урожаем. Купцы обсуждали, не стоит ли оставить побольше запасов на складах, чтобы продать их осенью с максимальной выгодой. Но в этом был риск — все зависело от погоды и от того, когда именно крестьяне начнут жатву. Френсис, уже вдоволь наслушавшийся подобных бесед, и неплохо разбирающийся в погоде, мог бы им сказать, что придерживать старые запасы этим летом будет ошибкой. Что они потеряют много денег, из-за хорошего и раннего урожая.

Но, конечно, он не стал совершать подобной глупости. Купцы подняли бы на смех своего охранника, и этим бы дело и закончилось. Тем более что, несмотря на внутреннюю уверенность в своей правоте, как только он пытался произнести свои мысли и расчеты вслух, они казались глупыми ему самому.

Дорога медленно изгибалась. И вместе с ее изгибом Френсис все меньше думал о ценах на зерно и все больше о своих прямых обязанностях. Его беспокойство, ничем не объяснимое, нарастало.

Взгляд воина теперь непрерывно метался по окрестностям. Поэтому он был, наверное, первым, кто среагировал на нападение. Когда стрела вылетела из-за деревьев, он уже выдергивал меч из ножен. Когда стрелы накрыли караванщиков, он уже был под защитой деревьев и выискивал лучников. Бандитов было много, иначе они не решились бы напасть на крупный караван, сопровождаемый сильной охраной, да еще и на одной из самых людных дорог королевства.

Краем глаза Френсис заметил, что урон от первой волны стрел оказался сокрушительным. Он увидел по крайней мере троих наемников, уже выбывших из игры. Хорошо было только то, что все остальные опомнились быстро и тоже ринулись в лес, не дожидаясь, пока их изведут стрелами с безопасного расстояния.