Погоди, Андрюшенька. Ты так совсем рехнёшься. Какой Чикатилло, какой гроб, какой некрофил? Может, это просто мирный селянин, приехал из деревни навестить покойную бабушку, а на тебя косится потому, что ты мешаешь ему предаваться тихой скорби…

Но на лице "селянина", когда я в очередной раз оглянулся, не было и следа тихой скорби. Скорее - явный нездоровый интерес ко мне. Он смотрел внимательно и оценивающе, словно прикидывал, сколько сможет за меня содрать со среднеазиатского плантатора или саудовского шейха.

Я вообще-то достаточно крепкий парень.Четыре года занимался боевым самбо, бросил совсем недавно, со мной не всякий взрослый мужик справится… но при всём при том я до боли мнителен и массу энергии трачу на то, чтобы это скрывать. Надо сказать - успешно, в классе я заработал себе репутацию "железного парня", у которого над ухом стрелять можно - он и глазом не моргнёт. Но это так, маска…

"Заорать, что ли?…" - тоскливо подумал я. Но тут же понял, что любой нормальный человек, услышав в 9.30 вечера дикий крик на кладбище, наверняка помчится… но не на помощь, а как можно дальше.

Маньяк-некрофил-работорговец вдруг мотнул головой, отвернулся и неспешно повернул на параллельную аллею.

От облегчения у меня ослабели ноги и зашумело в ушах. Вот ведь идиот, а?! Конечно, он просто меня за кого-то принял. И, естественно, всматривался. Разглядел, что это не его знакомый и пошёл по своим делам! Переведя дух, я уже вполне бодро зашагал к забору…

…Когда я шёл обратно, стадион был по-прежнему пуст. С травы, которой местами поросло футбольное поле, при каждом шаге поднималась серая пыль. Окна в вагончиках-раздевалках поблёскивали ярко-алым светом заката.