— Можешь сесть, девочка.

Я и впрямь еле на ногах стою, одна только злость держит. Я ведь с посланцами Деборры до последнего дралась, пока кто-то из них в голову Силой не шарахнул… Интересно, а что сделал бы на моем месте аль-нданн Баирну? Помер бы, но не сел, наверняка! Деборра прищуривает глаза, во взгляде — угрюмая злоба:

— Как хочешь, дитя. Только ведь четверти часа не простоишь, свалишься. Я же вижу.

Молчу. Р-разговаривать с тобой, еще не хватало! Вот аль-нданн и слова не сказал бы!

— Ну что ж. Разговаривать с тобой пока не о чем. Подождем немного.

Я выстояла четверть часа. И следующую четверть тоже. И следующую за ней. И еще одну. Как сознание потеряла, не помню. Очнулась от заботливых прикосновений: кто-то менял повязки на израненных руках…

— Ну, дитя… — голос Деборры над ухом, оказывается, именно она за мной и ухаживает, надо же! — . Рассказали мне ребята о твоих подвигах. Даже если приврали половину, все равно… Впечатляет! Хватило же дурости мечи разных Сил в дело пустить! Как тебе руки еще не оторвало… На-ка вот, выпей.

Пить хочется. Очень. Но я отворачиваюсь. Молча!

— УзнаЮ Баирну, — злобно шипит Деборра. — У-у, воспитал свое подобие! Ну, прям дочь родная, даже в лице сходство есть. А ну, пей немедленно!!!

От дикого крика едва не теряю теряю сознание по новой. Но выпить содержимое чашки приходится до донышка. Еще бы! Дорей-нданна зажала мне голову так, что не трепыхнешься, а хватка у нее оказалась железная. Едва череп не треснул! Вдобавок вкус у пойла мерзостным оказался, чуть не захлебнулась им насмерть…

— Ничего, — говорит Деборра. — Отоспишься, отлежишься, в себя придешь… Не вздумай только глупостями страдать в мое отсутствие. Силой там баловаться, своего драгоценного аль-нданна на подмогу звать! Вот это видишь?