Трупы исчезли, как и не было их, — есть на то не совсем законный артефакт, на жаргоне "мусорщик" зовется. У врагов они были. А вот мечи остались. Двое "моих" и еще штуки три, оброненные хозяевами во время боя…

— Видела, как ты с ними управляешься, — вздыхает Анна Альбертовна, рассматривая клинки. — Из чего сделано-то? Странный металл какой-то…

— Не тронь, убьет!

— Тебя же не убило… А-А-А!

Зажимает руку, враз отнявшуюся по самое плечо, глаза как плошки, слезы ручьем…

— Тьма, просила же не трогать!

Головой трясет, плачет. Поделом, другой раз умнее будет! У самой руки после артефактов неродной Силы ломит — хоть вой. Молодцы враги, вовремя сбежали. Долго я не продержалась бы.

— И что же мы теперь делать будем, Танечка? — интересуется Анна Альбертовна.

— В Накеормай нам надо, — отвечаю лениво. — К Верховному на поклон…

— Ты, я смотрю, его боишься, — проницательно замечает она.

— Баирну — человек безжалостный, как не бояться, — соглашаюсь я. — Да и рассталась я с ним нехорошо… Ведь все, что со мной случилось, случилось исключительно по моей вине. Он мне запрещал, но я все равно запрет нарушила… Вот и поплатилась.

— А что же ты сделала, Танечка?

— Не помню. Да и не важно. Важно только то, что рассчитывать на снисхождение нечего. Вы-то, правда, ни при чем. Вас наказывать не за что. А мне достанется. Кстати, еще и за то, что вас сюда затащило. просили вас за мной в портал соваться!

Анна Альбертовна молчит, смотрит в небо. Что она там нашла? небо как небо, синее, с облаками, ничего интересного. Спать-то как хочется!

— Самолеты! Все-таки самолеты! А я-то думала, у вас только средневековая магия в ходу…

— Какие еще само… Тьма! — весь сон слетел во мгновение ока. — Накеормайский патруль! Бежим, живо!