— Ни фига себе, — прошептал Артем, — вылитая Зельда!
— Это она… — тоже шепотом ответил я. — Ну, ты пророк!
— Ты что, с ума сошел? — Артем толкнул меня локтем в бок. — Она просто похожа. Откуда здесь нашей ведьме взяться?
— А почему нет? Император говорил, что когда я понадоблюсь, за мной придут!
Артем хотел что-то ответить, но в этот момент девушка подняла руки вверх и запела. Чистый, невероятно сильный голос девушки полился без всякого аккомпанемента. Она пела не по-русски, но я, к своему изумлению, узнал этот язык. Это был язык магов Девяти Миров! Когда она закончила свой мелодичный напев, полилась тихая спокойная музыка. Девушка снова запела, и голос ее показался мне поистине ангельским.
— Ну что, — прошептал я своему другу, — теперь видишь? Узнаешь язык, на котором она поет?
— Может, ты и прав. Не до такой степени мы пьяны, чтобы такие галлюцинации наблюдать, — смущенно ответил Артем. — И что ты предлагаешь? Подойти к ней после концерта?
— Да ты что! — возмутился я. — Если надо будет, сама подойдет! Может, это и в самом деле не она…
— Ладно, как скажешь, — кивнул Артем, — давай выпьем.
Я попытался выяснить, как называется эта группа, но, к моему удивлению, никто из наших соседей ничего не знал. Это было более чем странно.
Концерт длился еще полчаса, песни, на мой взгляд, были однообразными и под них можно было неплохо выспаться. Если бы не голос девушки, я, наверно, не смог бы выдержать это получасовое выступление. Но вот оно закончилось, и сцена опустела, как и кружки, стоявшие перед нами на столе.
Я уже был изрядно пьян, и внезапно мне стало ясно, что я не могу больше сидеть в этом здании. Меня охватил внезапный приступ непонятно откуда взявшейся клаустрофобии. Я сначала попытался объяснить это своему другу, а затем, поднявшись из-за стола, неровной походкой направился к выходу, игнорируя вялое сопротивление Артема.
Одевшись, я вышел на улицу и закурил, вдохнув полной грудью свежий воздух. Сразу стало легче. Несколько минут я курил, лениво разглядывая проезжавшие мимо машины. Докурив, бросил сигарету и направился ловить «тачку», но не успел сделать и десяти шагов, как меня окликнул мелодичный женский голос: