Она с большим сомнением смерила пострадавшего взглядом. Увы. Несмотря на всю хрупкость пришельца и знаменитую пословицу о силе русских женщин, Ольга очень сомневалась, что ее, весьма скромных физических возможностей хватит на такой подвиг. Но выбора не было.
Забросив здоровую (точнее – относительно здоровую, ушибов и царапин и на ней было предостаточно) правую руку бессознательного эльфенка себе на плечо, она с тяжелым вздохом начала приподнимать бессознательное тело. И в этот момент, видимо, от сильной боли, эльф наконец-то пришел в себя.
— Erglau zay? Eiste er mee styhe, humene? – требовательно спросил он, впиваясь взглядом в ее глаза. Ольга профессионально отметила, что зрачки расширены – видимо от сильной боли, и самым успокаивающим, тихим голосом ответила, – Тише, тише. Не бойся, я помогу. Нам только до дому добраться надо… Ты идти сможешь?
— S'sau esty mee stihen, or elmess des beoyien. Es mee dajang krau. Tee, ger mee vesst. – выдав эту загадочную фразу, эльфенок попытался выпрямиться и протянул руку к своему мечу. – Что? Меч не хочешь оставлять? – правильно расшифровала его реакцию девушка, и подняв меч, на этот раз вовсе не казавшийся таким холодным, протянула его владельцу. – Только как ты его потащишь? И сам-то едва стоишь, а тут еще эта железяка…
Эльф с сильным изумлением взглянул на нее, потом на свое оружие в ее руках, после чего осторожно взял меч здоровой рукой. Неуловимое движение, и оружие исчезло, рассыпавшись снежной круговертью.
— Рау, – эльф приложил руку к груди и требовательно взглянул на нее.