– Подожди. Не спеши. Я, конечно, покажу, где они живут, но все надо сделать тайно. Мы должны быть вне подозрений. Ведь даже если нам повезет и все эти люди вдруг в один раз скончаются, все равно я бы рассчитывал только на самое худшее развитие событий.

– То есть нас будут судить по максимуму? – спросил я.

– Именно!

– Почему? – Мне искренне стало интересно. Раньше за Вардом столь сильного пессимизма не замечалось.

– Из-за нее, – изящный палец лорда указал точно на Солину.

Эльфийка, в свою очередь, непонимающе посмотрела на меня, а ушки, воспользовавшись моментом, трусливо прижались к голове.

– Вот уж правду говорят, что пессимист – это хорошо информированный оптимист, – проворчал я. – Действительно, об этом я не подумал. – Затем, посмотрев на эльфийку, добавил: – Вот видишь, Ушастая? От тебя одни проблемы!

Вард возмущенно уставился на меня. Тоже мне, защитник слабых и угнетенных, мать его. Остроухая же понуро опустила голову, но я сказал эти слова не затем, чтобы обидеть девушку. Пару секунд ушки держались, но потом все же сделали, что я и ожидал. Опустившись в разные стороны, они опять беззвучно заплакали.

– Вот! – воскликнул я. – Они снова так сделали! – И показал на моментально вернувшиеся в нормальное положение уши эльфийки.

– Кто сделал? – непонимающе посмотрел на меня Гротен.

– Ее уши!

Лорд недоумевающе перевел взгляд на Солину, а потом обратно на меня.

– И не смотри на меня так! – огрызнулся я на его подозрительный взгляд.

Так смотрят на человека, когда думают, что тот окончательно слетел с катушек. Может, я и привык уже к таким взглядам, но не люблю, когда так смотрят совершенно необоснованно.

Вард вопросительно посмотрел на Солину.

– Врет он все! – гордо произнесла она. – Все с моими ушами нормально.

В этот момент моя челюсть удачно попыталась отвалиться, а так как я все еще лежал на кровати, то отвалилась она мне на грудь. Это же надо, врать с такими честными глазами. Ладно, когда я вру, по мне вообще непонятно, то ли серьезно говорю, то ли шучу, вранье же можно принять как за первое, так и за второе. Зато вот эльфийка соврала с таким видом, что в правдивость ее слов я сам едва не поверил.