Вдалеке показался старик-коротышка с корзиной в руках. Женщины низко поклонились, обменявшись со стариком дружественными приветствиями и пожеланиями доброго урожая.

– Нет, я против карликов ничего не имею, - продолжала Фиррэта, - они всё-таки сродни нам, людям. И выглядят как люди. И за орков их принять нельзя ни в коем случае… И не светятся они в темноте, как эти ужасные эльфы! Как только наш трактирщик их пускает, пусть даже и за золото? Даром, что он сам - коротышка. Но ведь человеческого же рода! Но… - женщина задумалась. Толстушка изо всех сил старалась не расхохотаться, давила улыбку, неумолимо раздвигающую уголки её пухленьких губ. Она пыталась сохранить серьёзное выражение лица.

"Так-так, моя дорогая Фиррэта, интересно, до чего же ты всё-таки договоришься?" - подумала она.

– Но все мы пострадали в своё время от Чёрного властелина, жестокого и могущественного колдуна. И эльфы нам в те времена очень сильно помогли. Иначе армия прихлебателей чёрного колдуна - орков и других монстров - давно бы стёрла весь наш человеческий род. Так что я ничего не имею против эльфов - ты не подумай, что я их не люблю - это неправда! Но! - сухая женщина торжествующе подняла указательный палец, причём на её лице нарисовалось победоносное выражение, - всё-таки не должны люди и эльфы между собой размножаться! Где это видано? Это всё равно, что скрещивать нас и карликов. Или людей с орками - боги нас упаси! Не положено это! - упрямо заявила женщина, в полной уверенности своей правоты. - Обычно ведь такого не случается - эльфы ведь нами брезгуют. Нет, чтобы не говорил наш король про братство и равенство… Ну не могу я представить, что эльфы, карлики и мы, люди - самая чистая раса - когда-нибудь сможем окончательно помириться.