Герасим хотел что-то возразить, но его слова заглушила директриса.

— Дорогие ребята! — воскликнула в микрофон она. — Родители! Педагоги! Позвольте от всей души поздравить вас с началом нового учебного года!..

— Эй, Иван, — Луна склонился к его уху, — ты вообще-то к нам откуда?

— В каком смысле? — спросил тот.

— Ну, ты ведь откуда-то к нам перешел?

— А-а, ты об этом, — кивнул Иван. — Из Бибирева.

— Ну и как там? — продолжал расспросы Луна.

— Нормально, — пожал плечами Иван.

— Чего же тогда перешел? — не унимался Павел.

— Квартиру поменяли, — объяснил новенький. — Не пилить же отсюда каждый день в Бибирево и обратно.

— Пилить далековато, — согласился Луна.

— … А особенно радостно мне отметить, — продолжала тем временем директриса, — что наша экспериментальная авторская школа «Пирамида» успешно ведет своих питомцев к вершинам знаний. С удовольствием вам сообщаю, что все сто процентов наших выпускников прошлого года стали студентами. Надеюсь, это положит начало доброй традиции.

— Надейся, надейся, — Луна почему-то не проявил особого воодушевления. — А ты где теперь живешь-то? — вновь обратился он к Ивану.

— На Ленинградском проспекте. Дом восемнадцать, — пояснил тот.

— Ребята! — воскликнул Павел. — А он ведь из вашего дома!

Варя и Марго в который раз обернулись.

— В каком подъезде? — одновременно спросили они.

— В первом, — последовал ответ.

— Я тоже, — сказала Марго. — Окна у вас во двор или на проспект?

— Во двор, — внес ясность Иван.

— Везет же некоторым, — позавидовала девочка. — У нас все окна на проспект. Шум жуткий. Зато есть терраса.

— Какая ещё терраса? — у Ивана от удивления округлились глаза.

— Пло-од архитектурных изли-ишеств, — протянула Марго. — Как говорит мой отец, «ложный классицизм середины пятидесятых годов». В общем, на нашем этаже из боковых квартир есть выход на крышу широкой части дома. Летом чувствуешь себя как на даче. Вот если бы ещё машин было поменьше…