– Ею владеют ненависть и жажда мести. Она убеждена, что только как освободительница колониальных рас и разрушительница могущества и господства акхарцев она может отомстить за гибель матери. В этом смысл жизни принцессы.
Сэм кивнула:
– Откровенно говоря, я и сама хотела бы освободить Акахлар от власти акхарцев, но со старым Рогачом мне не по пути. – Она повернулась к Кире. – Ты все еще не понимаешь? Если бы я была на месте Рогатого и увидела бы, что все мои планы вот-вот рухнут, я бы начала действовать. И он сделает это, Кира, сделает до того, как родится мой ребенок. А я не хочу, чтобы моя малышка росла в его мире или даже на тех обломках, что останутся после его поражения. У нас мало времени, Кира. Ты должна связаться с Булеаном. Ты должна сообщить ему, что или мы ударим их сейчас, или все полетит к черту и очень скоро. Мы должны ударить первыми.
Глава 2
Политические портреты
Королевский дворец Кованти славился как самое роскошное и приятное место. Ковантийцы поговаривали, что лучше, мол, быть королевским ассенизатором, чем королем торговли. И, проведя здесь несколько дней, даже Чарли и Бодэ были готовы поверить этому.
Халагар, бывший школьный товарищ Дориона, а ныне королевский курьер, доставил их во дворец без всяких приключений. Головорезы, грабители, убийцы – все, кто жаждал получить от Клиттихорна обещанную награду за их поимку, – не осмелились напасть на них, пока их защищало покровительство человека, близкого к королевскому двору. Большое инкрустированное драгоценными камнями кольцо Халагара свидетельствовало, что его владелец под охраной Королевского Волшебника Кованти.
Однако, чтобы добраться до Масалура и встретиться с Булеаном, надо было пересечь еще пять миров, а четыре из них принадлежали другим королевствам.
Правда, Чарли сейчас было все равно, доберется она когда-нибудь до Булеана или нет.