— Это тебе так кажется, — заспорил Борис Олегович. — А на самом деле времени в обрез. Десятый класс пролетит — не заметишь. А в одиннадцатом нам с Олежкой надо вовсю заниматься.

— Кому это «нам»? — удивился Олег.

— Нам с тобой, — пояснил глава семейства Беляевых.

— Тебе-то зачем? — охватило еще большее недоумение сына.

— Он еще спрашивает! — воскликнул отец. — Тебе нужно готовиться к экзаменам, а мне реанимировать старые связи.

Олег раскрыл рот, чтобы выяснить, какие связи собирается «реанимировать» его предок, но тут из гостиной послышался телефонный звонок.

— Проклятие! — мигом оставило благодушие Беляева-старшего. — Никогда не дадут спокойно поужинать в кругу семьи!

— Боренька, только не волнуйся! — воскликнула Нина Ивановна. — Давай я подойду. А ты сиди ужинай.

— Ну уж нет!

И лишь каким-то чудом не раздавив пса-таксу по имени Вульф, который как раз в это время пытался выпросить у Олега лакомый кусочек, Беляев-старший кинулся в гостиную. Нина Ивановна лишь развела руками. Олег усмехнулся.

— Алло! — пророкотал в гостиной глава семейства Беляевых. — Ах, это ты! — послышались в его голосе угрожающие интонации. — Сколько еще лет и сколько раз мне, интересно, придется тебе твердить! Никогда… То есть когда… Вернее, когда мы ужинаем…

Тут, вконец запутавшись, Борис Олегович был вынужден сделать короткую паузу. Этим немедленно воспользовалась Нина Ивановна.

— Боренька, ты только не волнуйся! — крикнула она из кухни. — Иначе у тебя снова поднимется давление!

— Плевал я на давление! — грянул муж. — Нет, это я не тебе, а собственной обратился он к собеседнику. — А тебе я повторяю в тысяча восемьсот двадцать первый раз: никогда не звони, когда мы… то есть я… то есть все…

— Это, наверное, меня, — сообразил Олег и кинулся в гостиную.

Он хотел выхватить у отца трубку, но не тут-то было.