По палубе словно бы шествует сама смерть.

Драгуны оставили бесполезные пистоли. Гвардейское полукольцо ощетинилось саблями, тесно обступая монарха. Астрамарий лишь пренебрежительно повел шлемом.

— С дороги, — холодно приказал он. — Не мешайте, или я убью вас всех.

— Эй, братишка, а убей-ка покойничка!… - раздался окрик сзади.

Грянула тяжелая фузея. Лейтенант Милениан выстрелил в Астрамария почти в упор — и тут же совершил выпад всем телом.

Остро заточенный штык пропорол алую мантию насквозь… но ее носитель даже не вздрогнул. Кольчужная перчатка резко вскинулась кверху, нанося удар раскрытой ладонью. Миленианом словно саданули из пушки — дюжий эйнхерий отлетел назад, не в силах удержать фузею. Меч совершил косой взмах…

…и голова Милениана покатилась по палубе.

Живой мертвец не умер. Из гневно искривленного рта полилась площадная брань, глаза дико завращались в глазницах — но что может поделать отрубленная голова? Ослепшее тело побрело по палубе, нелепо размахивая руками.

— Не мешай, — коротко приказал Астрамарий, отвешивая матерящейся башке пинка. Та описала широкую дугу и улетела за борт. Послышался громкий всплеск.

— За мной, гвардия!!! - прогремело над паромом.

На Первого Маршала Серой Земли обрушился сабельный град. Широкоплечий усач в капитанском мундире нанес первый удар, рассекший Астрамарию плечо. Однако тот обратил на это внимания не более, чем на булавочный укол — «пламенеющий» меч взвился бурным штормом, расшвыривая драгун по палубе.

Точные скупые удары каждый раз преследуют одну цель — отсечь противнику голову. Теперь уже ни у кого не возникает вопросов, отчего Король Палачей получил свое прозвище.

Он не сражается — он казнит.

— Ко мне, ко мне, гвардия!!! - рычит Джориан, постепенно оттесняя Астрамария к борту.