Одевшись и завернув волосы в нечто вроде самодельного тюрбана, Вон спросила:

— Мистер длик, а почему вы до сих пор со мной едете?

— Не следует прерывать однажды начатое дело на полпути. Раз уж я взялся исполнять роль проводника — я сопровожу вас до последней горы Аррандраха. Там мы расстанемся.

— А разве вам не нужно… ну, к вашим студентам или еще куда?…

— Всякий кииг — свободное существо, — благожелательно объяснил длик, сидящий на макушке ближайшего автомата. — Если мне захотелось немного попутешествовать, другие кииги отнесутся к этому с пониманием.

— А вы их предупредили, что отлучитесь?

— Нет, конечно. Взрослый кииг ни перед кем не отчитывается в своих решениях и поступках.

— А беспокоиться не будут, что вы пропали?

— Нет. «Пропал» — не более чем отвлеченное понятие, в реальности такого не бывает. Пропасть не может ничто — всякий предмет и существо находится там, где находится. Просто иногда неизвестно, где именно, но беспокоиться тут не о чем.

— А вдруг вы в беде или вообще умерли?

— Если я умер — значит, я умер. Если я жив — значит, я жив. От того, известно ли об этом кому-то другому, сам факт жизни или смерти не изменится. Поэтому нет никакой нужды волноваться, ища бесполезных знаний. По-моему, это естественно.

Ванесса озадаченно нахмурилась, разыскивая в дорожной сумке расческу. Честно говоря, она мало что поняла из рассуждений киига. Ох уж эта нечеловеческая логика — поди угадай, чего ждать от того, кто ростом в фут и покрыт желтой шерстью…

То есть, не желтой, а белой — длик ведь альбинос.

Конечно, когда он предложил сопроводить Ванессу до самого Рокуша, та не стала отказываться. Даже обрадовалась — надежный проводник всегда полезен. Да и путешествовать в компании веселее…

Хотя компания у нее и так большая — без одной штуки пятьсот Стальных Солдат. Но они никак не могут считаться интересными спутниками. Просто мерно шагают туда, куда укажешь, а на команды отвечают одной-единственной фразой. Даже лиц нету — только гладкая металлическая поверхность.