– Карри, я понимаю, что ты не хочешь оставлять здесь Аолу и Саймона, но пойми… – попытался сказать Джайл.

– Нет, это не Аола и Саймон!

– Алан!!! – вскрикнула вдруг Лин.

Так это был не просто сон. Это было что-то вроде сонного видения. Сейчас она была очень благодарна отцу за его дар предвидения. Никогда раньше она за собой такого не наблюдала.

Кейси, да и не только она, взглянула на Карри и та кивнула ей. Тогда она обеспокоено взглянула на дочь. На Лин не было лица. Глаза её из синих сделались почти чёрными, а лицо неимоверно побледнело. Она вдруг вырвалась и ноги её обрели стойкость. Она побежала туда, откуда приехали все остальные, кто находился около врат Миров. Её успел перехватить Корсар. Он схватил её за талию и не дал пойти дальше.

Впервые в жизни Кейси расплакалась на глазах у всех.

– Пустите меня к нему!!! Пустите!!!

Она кричала и вырывалась, но потом вдруг обмякла, прижалась к Корсару и разрыдалась во весь голос. Её отец, Рикардо Райдер, впервые в жизни осознал с полной ясностью, что никогда ещё не совершал такой глупости, как принуждать выйти Лин за Аэрона.

Теперь он сам увидел как она любит сына Аолы и Саймона.

Алан до самой ночи, скакал по берегу реки. Когда солнце заменила луна, он уже был у старого моста.

Он с опаской его пересёк и остановился на небольшой привал на другой стороне реки. Еды у Алана оставалось не много и Алан на ужин выпил всего немного воды.

Перед глазами у него всё ещё стояло безжизненное лицо Киры. Она умерла и Алан винил в этом себя.

Небольшой привал превратился во всю ночь. Сон у Алана был прерывистым и беспокойным. Ему приснилось, что перед ним стоит Кира и отчитывает его. Она укоряла Алана в своей смерти и бранила его, за то, что он бросил её в лесу одну.

Алан проснулся окончательно в холодном поту уже под самое утро. Только горизонт заалел, как он оседлал своего коня и отправился дальше. Теперь рядом с замком он заметил высокую башню и предполагал, что около неё должна была быть деревня.