
Когда она уже сбилась со счёта и окончательно уверилась, что конец этой битвы настанет только тогда, когда умрут все солдаты Эллариона, на неё вдруг перестали нападать и рядом с ней появился Аэрон. Он произнёс какое-то заклинание, которого Кара и в помине не слышала, и женщина от ужаса расширила глаза, потому что тело её пронзили тысячи раскалённых игл.
Аэрон улыбнулся и исчез, а Кара осталась на месте и в скором времени упала лицом вниз на истоптанную почву. Она так и не нашла своего Джайла, который не оставлял попыток найти её.
Джайл Хикутей не был магом, но был отличным мечником. Его не могли одолеть даже самые лучшие солдаты. Только Кара, и то по праздникам, способна была его победить. Джайлу было это очень грустно сознавать, но из-за любви он стал поддаваться Каре.
Джайл искал её среди этой резни, но не мог найти и это его огорчало. Так же ему мешали двигаться солдаты противника, потому что их было слишком много и они были сильнее Джайла в стократ. Он изнемогал от усталости, но всё же пытался ещё сопротивляться. Его со всех сторон окружали, залитые кровью, лица противника.
Они блестели своими безжизненными глазами и всё надвигались на него, но вдруг отошли и отвернулись от него как от прокажённого. Вместо них около Джайла возник Аэрон. Он тронул его за плечо и Джайла пронзила такая боль, что он не в силах был её терпеть. Его дымящееся тело повалилось на землю, но он успел ещё прошептать:
– Тебе никогда не подчинить Элларион…
Алану Диоби было почти легко. Свои силы он черпал из магии меча. Сейчас он чувствовал, что он и меч две части одного целого. Что-то в его голове порождало всё новые и новые заклинания. К нему тоже, как и к Карри, боялись подходить, но всё же лезли. Алан легко с ними справлялся и, как все до него, начал уставать.
Не обращая на это внимания, Алан продолжал драться.
Солдаты тоже были неутомимы, их было бесчисленное количество, Алан не мог понять откуда они только берутся. Алан рубил мечом направо и налево, не давая врагу подобраться к нему первым. Он помогал своим солдатам, тем самым спасая множество жизней. В этой битве многие будут обязаны ему жизнью.
