В глубине парка вдруг появилось странное льдинисто-голубое свечение, и Яна съежилась на сырой холодной скамейке, боясь пошевелиться. Ей было страшно так, как никогда до этого. В следующее мгновение в потоках голубого сияния проступила высокая черная фигура. Она была странная, какая-то изломанная, словно неизвестный художник задался целью нарисовать как можно более уродливую карикатуру на своего врага. Яна еще успела удивленно подумать, что никогда не встречала людей с такими длинными руками и непропорционально большой головой, а фигура вдруг выгнулась, словно невидимый кукловод дернул ее за веревочки, и плашмя упала на землю, издав при падении какой-то странный глухой стук. Девушка съежилась, глядя во все глаза на то место, где всего секунду назад стоял неизвестный человек, и с трудом подавила крик, зажав руками рот. В странном голубом сиянии теперь отчетливо виднелись еще два силуэта, один из них был вполне человеческий, а второй… От второго и исходило это свечение… Тот, кто был похож на человека, наклонился, словно парень (у девушек таких плеч точно не бывает) рассматривал что-то на земле, и молодой уверенный голос произнес, странно растягивая гласные:
— Готов.
— Тогда вырежи ему сердце и пошли. — Прошелестел в ответ холодный неживой голос, и Яна задрожала. Таких голосов у людей не бывает! Ни следа эмоций, никаких интонаций. Так могла бы говорить машина, если бы умела разговаривать. Мертвый голос существа, никогда не знавшего дыхания жизни… Только когда человеческий силуэт еще ниже склонился над тем, кто лежал на земле, до девушки дошел смысл сказанного обладателем мертвого голоса, и она бросилась бежать, не разбирая дороги. Там всего в нескольких метрах от нее убивали…