Яна просыпалась медленно, выбираться из теплой постели и идти на работу не хотелось. Свернувшись калачиком под одеялом, она зарылась носом в подушку и улыбнулась. Было хорошо и спокойно. Почему-то это настораживало. Странная, ничем не объяснимая тревога засела где-то в глубине сознания и никак не давала полностью погрузиться в сон. Яна тихо вздохнула и, поняв, что уснуть больше все равно не удастся, открыла глаза. Она была в чужой спальне! В памяти всплыли события прошедшей ночи… От удивления и испуга девушка резко села на постели, отбросив одеяло. И тут же пожалела об этом, в комнате было довольно прохладно. Она огляделась по сторонам. Белое, светло голубое, светло-серое… Вся обстановка была выдержана в холодных светлых тонах. Яна замотала головой, пытаясь избавиться от ощущения, что она находится внутри сугроба. Сердце сжало недоброе предчувствие. Где она? Кто ее сюда принес? Где те убийцы?

Словно в ответ на мучавшие ее вопросы, открылась дверь, и на пороге появился парень из парка: не смотря на то, что в комнате было довольно холодно, на нем красовались только шорты. Яна испуганно сжалась, беспомощным жестом прижав к груди угол одеяла и глядя на незнакомца, как кролик на удава. Парня такая реакция на его появление ничуть не обескуражила, задорно улыбнувшись, он прошлепал голыми пятками по паркету и непринужденно уселся прямо на подоконник.

— Привет! Меня Алексеем зовут. — У Яны от неожиданности вырвался истерический смешок. Двух самых страшных людей, встреченных ею в жизни, звали одинаково! Как тут не задуматься над тем, что судьба — это не абстрактное понятие, а реальная злая тетка с неприятной привычкой шутить по поводу и без такового. Алексей, проигнорировав истерику у своей… гостьи? пленницы? весело продолжил. — Ты у меня дома. Не бойся, я тебе не причиню вреда. И еще я собираюсь пригласить тебя к завтраку, а то все уже на столе, но есть одному неинтересно. Заодно и поговорим… — Парень замолчал, вопросительно глядя на девушку. Яна деревянно кивнула, не в силах произнести ни слова, из горла рвался истерический смех, но Алексея молчаливое согласие тоже вполне устроило. Он легко поднялся с подоконника и упругим звериным шагом вышел из комнаты, бросив на ходу: