
— Гонишь меня из собственного дома? Я оплачиваю аренду наполовину!
— Насилу-то. Раньше это был мой дом, не забыл? Я пустила тебя только потому, что Лэнси переехала к Брайану, и это было проще, чем давать объявление.
Он встал, полный разреженной ярости, и в середине у него образовалась дыра, грозившая никогда не зарасти.
— Вот, значит, в чем причина? Проще, чем объявление?
Ее лицо хотя и не сразу, но все-таки смягчилось.
— Нет. Не только поэтому. Конечно, нет. Я любила тебя, Тео.
— Любила. — Он зажмурился. Все превратилось в жидкость и утекало прочь. Вся его жизнь, журча, убегала в сточную трубу.
— Может быть, и теперь люблю, если хочешь знать. Но жить с тобой не могу больше. Тяжелая это работа, заставлять себя верить, что у нас получится. Я уже выросла из волшебных сказок.
В коридоре он прошел мимо ее родителей и по их смущенным лицам понял, что они в курсе. Они знали, что их дочь только что сказала ему, и ему захотелось в отместку тоже сказать им что-нибудь, умное и едкое, но для этого он был слишком зол, слишком пуст и слишком расстроен. Единственное, что он мог придумать, было «так нечестно», а это не те слова, которые ожидают услышать от тридцатилетнего мужчины.
2
ТИХАЯ ДЕВА-ПРИМУЛА
В половине суток езды от большого города, как раз на таком расстоянии, чтобы не слишком тревожить совесть родственников и друзей — совесть, и так не слишком развитую у благородных семейств в силу наследственности и обычая — расположено некое поместье.
