Подождав, не последует ли продолжение, Хок и Фишер переглянулись.

– Похоже начальству не потребовалось много времени, чтобы узнать новости, – проворчал Хок. Изабель пожала плечами:

– Хейвен любит плохие новости. Сам мог убедиться, люди только и мечтают вывалять нас в грязи. Мы с тобой слишком честны, чтобы быть популярными.

– Черт с ними, мы выдерживали и не такие бури.

– Правильно, – согласилась Фишер. – Нужно только как следует пригнуться, тогда буря пройдет над нами.

– Ты действительно так считаешь?

– Нет. А ты?

– Я тоже. Но даже если и так, Дюбуа лучше сегодня не кричать на меня, – жестко произнес Хок. – Если он повысит голос, боюсь, отвечу ему не по уставу.

– Сомневаюсь, что подобное поведение пойдет нам на пользу.

– Во всяком случае, не повредит.

– Ты прав.

Стоило Хоку и Фишер появиться в дверях Штаба, как откуда ни возьмись вырос констебль и настойчиво предложил провести их в кабинет командира Дюбуа. На всем протяжении пути по зданию встречные Стражи провожали их взглядами. Слухи распространяются быстро, никто не хочет рисковать своим положением. Мрачно улыбаясь, Хок положил руку на рукоять топора. Покосившись на Фишер, он увидел, что ее рука уже давно лежит на эфесе меча.

Констебль подвел их к двери кабинета Дюбуа и осторожно постучал. После долгой паузы командир предложил войти. Открыв дверь, констебль посторонился, пропуская Стражей вперед. Хок спокойно вошел, Фишер следовала за ним. Дверь захлопнулась. Хок прислушался, но не услышал шагов уходящего констебля. Дело становилось интересным. Значит, констебль все еще здесь, сторожит, чтобы никто не вошел… или не вышел. Хок усмехнулся про себя, в то время как они с Фишер вежливо кланялись Дюбуа. Если они решат покинуть кабинет, потребуется не один констебль, чтобы помешать им.

Дюбуа внимательно посмотрел на Стражей и недовольно покрутил носом.