– Правильно, – согласилась Фишер. – Все, что от нас требуется, – быть надменными и чопорными и помнить о том, что сморкаться в рукав неприлично, разве не так?

Дюбуа сглотнул слюну, но ничего не сказал. Бывают случаи, когда правильные слова воспринимаются неадекватно.

Командир вывел Стражей из кабинета и потайным ходом провел в секретную комнату. Пропустив их вперед, он запер дверь. Навстречу поднялся чародей-медик Стражи и вопросительно посмотрел на командира. Дюбуа кивнул, медик безразлично пожал плечами. Врачу Стражи слегка перевалило за сорок. Это был сильный смуглый мужчина с профессионально безразличной улыбкой и крупными мощными руками. Его темная форма наводила на мысли о похоронах.

Хок подозрительно покосился – не доверял он хейвенским врачам. Они готовы лечить своими пилюлями все – начиная от бородавок и кончая глухотой. Он только собрался обратиться к Дюбуа, как его опередила Фишер:

– Что здесь делает доктор? Мы же не больны.

– Это Вольфганг. Вы можете полностью ему доверять.

– Зачем? – недоуменно спросил Хок. – Вы что-то запланировали и для него тоже?

– Вольфганг специализируется в магии превращений, – объяснил Дюбуа. – С вашей репутацией в Хейвене рискованно соваться в Башню Макнейлов с собственными лицами. Вольфганг придаст вам новый облик, чтобы никто не смог вас узнать.

Хок покосился на врача.

– Мне совсем не хочется делать пластическую операцию. А чем плохо старое доброе заклинание иллюзии? Дюбуа безнадежно вздохнул.

– Башня Макнейлов, как и большинство домов высшего света, защищена заклятиями, которые сразу распознают такое волшебство. Аристократы серьезно относятся к вопросам безопасности. А заклятия превращения выявить не могут. После вашего возвращения, когда миссия будет благополучно завершена, вам вернут прежний облик.

– А если она будет завершена неблагополучно? – поинтересовался Хок.

– Вы пропадете в Башне Макнейлов, – холодно улыбнулся Дюбуа, – и никогда не вернетесь. А теперь прекратим бессмысленные разговоры и дадим чародею спокойно работать. Мы теряем время.