Слава обернулся. Монстр был уже в десяти шагах. Он тоже остановился, словно просто хотел поиграть с человечком в догонялки и теперь недоумевал, чего это его партнер вдруг встал.
— Валад! — пискнул кто-то сверху. — Меч!
И Слава, и монстр одновременно подняли голову. С вершины кручи высовывался Теха, он отчаянно жестикулировал и страшно таращил глаза:
— Меч!.. из круглой коробки!
Господи, он что, про ржавую заготовку, из тубуса? Да ей только с той дохлой лошадью и сражаться!
Тем не менее, он сорвал с себя перекинутый через голову футляр. От этого рывка, тубус, очевидно пострадавший от Славиного падения, развалился надвое сыпля какой-то коричневой шелухой, а из него вылетела… вылетел…
— Получи, тварь! — самодельное копье Техи, слетев с кручи, ужалило монстра в плечо. Тот взрыкнул, скорее от удивления, чем от боли, вырвал копье из раны, сломал как щепку, и швырнул обломки в моментально спрятавшегося мальчишку.
Этой пары секунд Славе хватило чтоб, наклонившись, подхватить с земли оружие. Он разом успокоился. Куда-то схлынули и суматошные жесты, и мельтешащие мысли — все стало просто и ясно! Весь мир сузился до небольшого пятачка земли, на котором было двое — он и его противник.
Слава повел рукой. Солнечный луч упал на клинок, и его поверхность знакомо заиграла разноцветными узорами, словно была из перламутра.